Даймон раздраженно закатил глаза, потом щелкнул пальцами. В его руке материализовался кошелек из кожи.
— Не понял, — демон даже перевернул его, но тот как был пустым, так таким и остался.
— А что ты на меня так смотришь? — не выдержала я его немигающего взгляда. — Я их не брала!
— Это кошелек из моей спальни, — сказал он.
— «Я так рада, я так рада!», — схохмила я. — Вчера меня в твоей спальне не было!
И я сказала чистую правду! Когда мы с Киром вломились в замок, время уже давно перевалило за полночь. Демон вновь щелкнул пальцами и в руке оказался внушительный мешочек, в котором что-то позвякивало. Эльф восхищенно глянул на мешочек и тоже пару раз с надеждой щелкнул пальцами. Естественно, ничего не произошло.
— Но только для начала я отниму из своего «долга» стоимость золотой статуэтки! — со злорадством сказал Даймон.
Кир схватился за голову, когда мешочек уменьшился вдвое, а потом жалобно спросил:
— А можно считать, что мы только что купили эту статуэтку?
— Пожалуйста, — пожал плечами тот и мешочек уменьшился еще вдвое. — Минута нахождения на территории моего замка — сто золотых, — пояснил он на немой ужас в глазах воришки.
Эльф подскочил и начал быстро подпихивать нас в сторону ворот, попутно выискивая глазами злополучную статуэтку.
— Наше, — ревностно выхватил у Даймона мешочек он. — Всего хорошего!
— Я не прощаюсь, — нехорошо протянул тот.
Едва мы дошли до открытых ворот, как сзади раздалось восклицание:
— Минута прошла!
И мешочек в руках Кира еще больше уменьшился. Вор ахнул, буквально выпрыгнул через ворота и сломя голову понесся к полянке, где мы ночевали. Марк был на удивление молчалив. Он шел опустив голову и засунув руки в карманы.
— Тебе надо вернуться к Даймону, — неожиданно сказал он, и я даже споткнулась.
— Что? Да ни за что на свете! — возмутилась я, а потом тихо добавила: — Я видела, как он целовался со своей этой…
— Миррой, — подсказал Рион, внимательно слушающий наш разговор.
— …Миррой, — закончила я и тяжело вздохнула.
— Что? — поднял голову метаморф. — Но он мне говорил, что между ними ничего нет! Значит он соврал… Вот он…
— Гад, — подсказала я.
— Это еще мягко сказано, — сказал принц, потом немного помялся, подумал и сказал: — Я помогу тебе отомстить Даймону.
— Чудесно, — тихо пробормотал Рион. — Просто чудесно.
10
— Копай давай, — шипела я.
— Но ведь там кто-то выл, — посмотрел на меня Рион. — Вдруг оборотень?
— А еще вампир называется, — хмыкнул Марк. — Двинься, — он легко спрыгнул в неглубокую яму.
— Черт, сторож идет, — зашептала я. — Я его отвлеку, а вы копайте, — бросила я и направилась к сгорбленной фигуре, медленно бредущей в нашу сторону.
Я распылалась в дружелюбной улыбке и жизнерадостно воскликнула:
— Здравствуйте! Правда прекрасный вечер?
— Что вы делаете на моем кладбище? — нервно поинтересовался старикан, пытаясь заглянуть за мое плечо. — Опять некроманты, да?
— Нет-нет, — поспешно заверила его я и затараторила: — Я представляю Кафедру Боевой Магии, к нам поступил сигнал, что под землей завелась страшная нечисть, Ольгофренусс Зомбиусс, — вдохновенно сочиняла я. — И мы незамедлительно выехали на место происшествия. Мои коллеги, — кивок в сторону копающих ребят, — как раз пытаются обнаружить гнездо Зомбусса Дибилусса, так что я попрошу вас покинуть карантинную… тьфу, радиоактивную… э-э… короче опасную для жизни зону!
Старик пару раз ошарашено поморгал, развернулся и пошел прочь. Я удовлетворенно вздохнула и сладко потянулась, наблюдая, как парни быстро выкапывают довольно глубокую яму.
— Напомните, зачем я это делаю? — задумчиво раздалось из-за густых зарослей кустарника.
— Ты жаждешь мести за поруганную честь, — я поняла, что ляпнула что-то не то и поспешила исправиться: — В смысле ты хочешь отомстить за недостачу, — нет, опять не то.
— Короче, Даймон надул тебя с деньгами!! — рявкнул Марк, тяжело пыхтя. — Вместо трех тысяч дал всего…
— Девятьсот золотых, — горестно вздохнули кусты, и из-за них появился Кир, исподлобья глядя на меня. — Ну?
— Персик, — причмокнул губами Рион, а метаморф расхохотался.
Я не выдержала и тоже рассмеялась. Эльф был облачен в длинное обтягивающее платье, на голове красовался курчавый парик.
— А почему не накрасился? — требовательно спросила я, внимательно разглядывая его лицо.
— Я не знаю для чего это все нужно! — он сунул мне в руки большущую сумку, в которую Марк в порыве вдохновения сгреб весь ассортимент косметики в сельском магазине.
Я насмешливо хмыкнула, запустила руку в сумку и вытащила маленький продолговатый тюбик.
— Это помада, — пояснила я и открыла его. — А может и нет… — я уставилась на ярко-желтую субстанцию. — А может и помада. У вас сейчас какие цвета в моде?
На меня уставилось три пары мужских глаз. Я досадливо цокнула и принялась рыться в сумке, изредка бормоча:
— Ага, тени… хотя нет, румяна. А это что? Фу! Духи?! Ну и мерзость… Так, Кир, иди-ка сюда.
Через десять минут передо мной стояло чудо, олицетворяющее песню «Хлопай ресницами и взлетай». Губам ядовито-розового оттенка позавидовала бы сама Анжелина Джоли, а Анна Семенович бы просто удушилась от зависти, увидев какой морок я навела на эльфа.
— Ой, они материальные! — восхищенно ощупал свои выпуклости Кир.
— А то! — гордо ответила я и сдула с лица челку, лезущую в глаза. — А ты сможешь сыграть девушку-то?
— Конечно смогу, — обиделся вор и ожесточено почесал голову, потом еще раз. — А нельзя было и на волосы морок навести?! Этот парик ужасно чешется!
— Нельзя, — отрезала я. — Волосы это очень сложно, я могла тебя вообще лысым сделать.
Кир едва слышно охнул и поспешно согласился, что парик это великолепная замена.
— Он близко, — внезапно сказал Марк, отбросил лопату и вылез из ямы.
Мы находились буквально в паре километров от Ривелла, однако два часа назад поняли, что за нами следует один известный всем демон. И в больную голову принца неожиданно пришел план маленькой, но от этого не менее гадкой мести. Для этого пришлось остановиться в поселке и скупить весь необходимый для дела материал. Хотя нет, вру. Мы ничего не покупали. Кир пришел в ужас от перспективы расстаться со своими деньгами, поэтому запугал всех страшными историями о Леди и Бродяге, волк раздраженно рычал рядом, удваивая эффект, а я задумчиво ковыряла украденной из трактира вилкой в фасаде дома, твердо намеренная оставить свой след в истории словами: «Здесь была Настя».
